Семафоров послушал трубку, выставил ее на вытянутой руке, посмотрел на экранчик.

– Сеть ушла. – Семафоров спрятал мобильник в карман. – На Камне сети нет, так что позвонить с острова не удастся.

– Что у тебя за ринг-тон такой дурацкий? – спросил я. – Кудахтанье какое-то...

– Петушиный крик. И на звонке, и на будильнике.

– Зачем?

– Нравится. Я мобильник так запрограммировал, что у меня из него каждое утро, за десять минут до восхода солнца, кричит петух.

– Ну и для чего? – Я греб к острову.

– Я люблю на восход смотреть, это красиво. К тому же петушиный крик отпугивает нечистую силу. Она это... рассеивается.

– Понятно, – зевнул я. – Говорят, еще плевать в нее помогает...

До острова мы добрались быстро. Приковали лодку и отправились к зоопарку.

На шее у Семафорова болталось несколько разнокалиберных ключей, он достал самый большой и открыл служебный вход. Мы протиснулись в узкий коридор и стали пробираться между всякими граблями, лопатами, ящиками, сачками и предметами неясного мне назначения. Захламленность коридора никак не соотносилась с суперсовременным зданием зоопарка. Впрочем, такие типы, как Семафоров, могли все что угодно запустить до степени полной помоечности.

– А где животные? – спросил я, когда мы дошли до лестницы.

– Там, – махнул рукой Семафоров. – Они спят уже все...

– Я посмотреть хочу.

Я на самом деле хотел посмотреть на животных – как ни странно, но я был в зоопарке всего один раз, да и то с классной экскурсией. Почти год назад.

Семафоров немножко подумал, затем сказал:

– Нельзя смотреть на животных ночью. И вечером тоже нельзя...

– Почему? – спросил я.

– Потому... Потому что такие правила. У животных от этого активность снижается...

– А удои у них не падают?

– Удои у коров, – серьезно ответил Семафоров. – А у нас хищники. Так что...

– Так что я могу и назад вернуться, – сказал я. – У меня дела как раз есть...

Семафоров вздохнул, снял с шеи ключ и протянул мне. И сразу же передумал:

– Давай сначала в комнату отдыха поднимемся, посмотрим, все ли в порядке. А потом пойдешь посмотришь.

Я согласился.

Мы поднялись по лестнице, Семафоров открыл очередную дверь, и мы оказались в комнате персонала.

Комната впечатляла. Все как рассказывал Семафоров: и бильярд, и велотренажер. Кожаный диван, кожаные кресла. Холодильник. На стене дартс. Чуть сбоку чучело утконоса – Семафоров сказал, что это был реальный утконос, его прислал какой-то знакомый основателя зоопарка. И что утконос этот стоит, даже в чучельном состоянии, кучу баксов.

Дверь внушительного вида, на двери табличка «Директор».

Журнальный столик. На нем небольшая коробка, оклеенная желтой бумагой.

Семафоров сунулся в холодильник, достал банку с соком, налил себе большущий стакан, бухнул в него льда и принялся хлебать.

Я подошел к столику. Меня заинтересовала коробка. Бумага была какая-то необычная, апельсиново-кирпичного цвета, я такую раньше никогда не видел. И плотная. Как выделанная кожа.

– Что за посылка? – спросил я у Семафорова.

Он оторвался от своего сока, ткнул посылку пальцем. Сощурился.

– Написано не по-нашему, – заключил Семафоров. – Кажется... то ли испанский, то ли португальский, не поймешь, они очень похожи... Мехико... А, из Мексики.

– И чего вам из Мексики прислали?

– А черт его знает... Пелымов хотел, кажется, какую-то крысу выписать земноводную... Не знаю.

– Давай посмотрим? – предложил я.

Семафоров снова потыкал посылку пальцем.

– Не, – сказал он. – Пусть сами смотрят. А вдруг там заразные болезни? На этой крысе дурацкой какие угодно микробы могут быть! Передохнем, как тритоны.

Я поднял посылку. Она оказалась на удивление тяжелой, будто внутри было несколько кирпичей. Потряс.

В посылке что-то бултыхалось.

– Никакой крысы там нет, – сказал я. – Если бы там была крыса, в упаковке просверлили бы дырочки. А дырочек нет. Крысе дышать нечем. Ясно?

Я вернул посылку на стол.

– Налей мне соку лучше, Семафоров.

Семафоров снова направился к холодильнику и стал стряпать мне коктейль.

Потом обернулся – и тут же хлопнул стакан об пол. Его дрожащий палец указывал в сторону посылки, которая активно подпрыгивала в центре журнального столика.

– Что это? – шепотом спросил Семафоров.

– Не знаю. – Я осторожно подошел к столу.

– Может, там бомба?

– Бомба не подпрыгивала бы, бомба взорвалась бы. Да и зачем кому-то вам бомбу присылать?

– А что тогда?

Посылка продолжала мелко подпрыгивать. Будто внутри сидел кто-то сильный и энергичный.

– Есть такие японские маленькие роботы, – предположил я. – Может, кто-то такого прислал... Вот он и прыгает...

– Зачем присылать робота?

Я был согласен с Семафоровым – посылать робота ценой как минимум две тысячи баксов? Хотя...

– Может, это друзья хозяина?

– Друзья хозяина ему в офис бы прислали, а не сюда. Я даже не знаю...

Мне надоело болтать попусту, я вытянул руку и положил на коробку. И почувствовал. На самом деле что-то сильное.

– Надо вскрыть, – сказал я.

– Зачем? – насторожился Семафоров.

– Затем, что то, что там внутри, может сломаться. И начальник будет весьма недоволен.

Семафоров промычал что-то маловразумительное, достал из-за холодильника метлу и принялся заметать в совок осколки стакана.

Я устроился в кресле и наблюдал за коробкой. Она продолжала равномерно подскакивать.

Семафоров выкинул осколки и сказал:

– Ладно, давай вскроем.

Мне показалось, правда, что Семафоровым движет не боязнь за хозяйское имущество, а обычное любопытство. Он достал из стола узкий длинный кинжал для резки бумаги и протянул мне.

– Режь.

Я перехватил ножик, прижал посылку коленом и срезал сверху бумагу. Под ней оказался блестящий лист металла.

– Железо... – растерянно сказал Семафоров.

Я срезал бумагу сбоку. И сбоку оказался точно такой же лист металла, что было уже странно – посылать из Мексики железный кирпич... Кому надо?

– Не пойму... – Семафоров осмелился потрогать железный бок.

Тогда я срезал бумагу со всей посылки.

И везде обнаружился тот же самый металл. Небольшой железный сундучок. Наверху замок, ключ пристегнут тут же.

Семафоров уже протянул руку к ключу, но я его остановил.

– Чего? – не понял он.

– Подумай, Семафор, зачем посылать такую укрепленную посылку? Что там, внутри? Есть замки, которые не стоит открывать.

– Ну, не стоит так не стоит. – Семафоров пожал плечами и накрыл прыгающую посылку скатертью. – Только прыганье это раздражает.

– Не парься. Пусть прыгает. Во сколько свет выключат?

– Через двадцать минут.

– Тогда я пойду, посмотрю.

– Только близко к клеткам не подходи, а то разорутся – всю ночь потом не уснут.

– Не мигай, Семафор.

Глава 4. Каюк утконосу

Copyrights © 2018 detskieknizhki.ru. All rights reserved